Оглавление Поиск Наверх

Вы находитесь в Библиотеке магического портала Серая Гавань, где сможете найти и скачать множество полезных книг по основам магии, магическим традициям и направлениям, сопутствующим дисциплинам и практикам, а так же книги по истории, мифологии, религии, психологии и многим другим направлениям развития и познания мира.

Прошу вас ознакомиться с информацией, которая сделает ваше пребывание здесь более удобным и приятным
:
"Правила и некоторые нюансы при пользовании библиотекой"


Подробно о закачке
 Вебер - Руническое искусство   (Версия:doc)     

ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ

 

Без сомнения, книги являются одними из наибо­лее верных индикаторов времени своего создания — поспорить с ними на этом поприще способна, быть может, лишь архитектура. В этом смысле «Руническое искусство» Эдмунда Вебера представляет собой блес­тящий слепок эпохи, вольно или невольно отражаю­щий всю гамму настроений, веры и опыта немцев, от­носящуюся к краткому, но чрезвычайно емкому пери­оду рубежа 30—40-х гг. двадцатого столетия.

1941 год стал годом наивысшего взлета германско­го Райха, когда подавляющему большинству — как сторонникам правящего режима, так и его противни­кам — казалось, что противостоять победоносному шествию вермахта и бравых парней из люфтваффе и кригсмарине не сможет ни одна держава. Большая часть Европы вошла в состав гитлеровской империи, были захвачены Балканы, высажен образцово-пока­зательный десант на остров Крит. Двойственность си­туации и надлом обозначали лишь до сих пор непоко­ренная Британия, да еще неведомая и загадочная Рос­сия. Впрочем, тогда об этом задумывались немногие.

На подъеме германской национальной идеи и по­явилась предлагаемая читателю книга. Она представ­ляет собой классическое научно-популярное издание — классическое как для жанра и эпохи, так и для гер­манского менталитета в целом. Вебер не покушался на решение «вечных» проблем рунологии, не пытался найти окончательные ответы на те вопросы, которые волновали великих исследователей рун. Его роль в этой книге совершенно иная. Подобно педантичному, но увлекающемуся и знающему школьному учителю — опять же, учителю именно немецкому — Вебер ведет читателя от вопроса к вопросу, не позволяя слишком глубоко увязнуть ни в одном из них, но настойчиво и весьма сжато комментируя для нас и раскрывая те сложности, которые встают перед исследователем. Два образа возникают, когда размышляешь над страница­ми этой книги: первый — образ экскурсовода в стро­гом черном костюме, аккуратно показывающего длин­ной указкой на наиболее интересное из разложенного в витринах большого старинного музея. И второй — образ человека, предлагающего нам взглянуть на ра­бочий стол исследователя — ненавязчиво, как бы из-за его плеча, пользуясь старой дружбой: Вебер то и дело ссылается на авторитет известных специалис­тов — впрочем, преимущественно немецких, а не скан­динавских.

Стиль писателя представляет собой сочетание стро­гой научности и своеобразного германского романтиз­ма, уходящего корнями в те самые времена, когда рунология складывалась как самостоятельная научная дисциплина. В силу этого перед нами действительно образчик не только научно-популярного произведения, но и срез определенного пласта этнического само­сознания, относящийся к эпохе обостренного интере­са к собственным корням и праистокам. К слову ска­зать, этот патриотический порыв в Германии все-таки реже принимал на себя черты типичной славянской «квасной идеи» — прежде всего, конечно, в силу нали­чия более адекватного фонда источников.

Катастрофа Первой мировой войны обернулась для немцев, в частности, обостренным осознанием ар­хаического наследия предков. Естественно, из числа древнейших ценностей этноса не могли быть исклю­чены руны, которые и в самом деле являются чрезвы­чайно оригинальной знаковой системой — во всяком случае, не обнаруживающей себе равноценных анало­гий в Европе. Осознаваемые как наследие германцев вообще, но и немцев, как потомков континентальных изобретателей рун, в особенности, эти символы дей­ствительно стали общеупотребимой частью повсед­невного быта страны в эпоху господства фашистской идеологии. Прошедшие через общества любителей ис­тории и старины, через многочисленные культурные организации, массово возникавшие и в конце XIX, и в начале XX вв., вожди нацистской партии выплеснули руны, бывшие прежде достоянием исследователей или интеллектуалов-любителей, в общественное сознание. Инициативы «сверху» и «снизу» сомкнулись и при­шли в резонанс, в результате чего руны действительно стали органической составной частью повседневной жизни немцев, о чем и упоминает Э. Вебер в своем предисловии.

Собственно говоря, руническое искусство никогда не исчезало в германоязычном мире. В период после XIV в. руны полностью вытесняются латинской графи­кой и оказываются на периферии культурного поля — преимущественно как часть крестьянского быта либо база для криптографических опытов. Но уже с XVI в. древнегерманская знаковая система становится пред­метом внимания интеллектуалов в Скандинавских стра­нах, а вслед за тем — и в Германии. Так что перерыв в «публичной» жизни рун, если он и был, был все же чрезвычайно кратким. Допустимо даже утверждать, что скандинавы эпохи викингов или периода записи устного наследия (XII—XIV вв.) успели забыть ничуть не меньше из исконного, раннего рунического искус­ства, чем тот объем знаний, который ускользнул от любителей старины нового времени. Однако карди­нальный перелом в рунологии, а вернее, само ее появ­ление как научной дисциплины со всем категориаль­ным и методологическим аппаратом и собственными традициями относится ко второй половине девятна­дцатого столетия и связано с именами ряда исследова­телей, среди которых первым должен быть упомянут, без сомнения, Людвиг Виммер.

Разумеется, в предисловии к научно-популярному изданию, отчетливо обозначающему начало своеоб­разной издательской программы «Евразии», связан­ной с представлением вниманию читателей ряда книг, связанных с научной рунологией, неуместно подробно останавливаться на специфической «кухне» иссле­дователей и далеко выходить за пределы намеченного автором информационного поля. Однако некоторые пояснения все же необходимы.

Рунология — весьма консервативная наука. Мно­гие истины не потеряли своего значения и по сей день, поэтому, как ни парадоксально, в сфере собственно научных изысканий этой дисциплины практически нет не только безнадежно, но и просто устаревших книг. Многочисленные исследования, тем более пуб­ликации памятников, увидевшие свет еще в середине XIX в., продолжают сохранять свое значение. Именно поэтому предлагаемая читателю книга актуальна и по сей день — в частности, как блестящий пример гра­мотной популяризации чрезвычайно сложной отрасли научного познания.

Вместе с тем, многое меняется. Так, в частности, со времен Вебера в полтора раза возросло количество известных ученым рунических надписей, что, есте­ственно, не могло не повлиять на их выводы. К при­меру, до совсем недавнего времени общеизвестной и непреложной истиной было то, что континентальные германцы не ставили рунических камней — первые камни с руническими надписями относили к рубежу IV в. и единственным регионом их распространения в этот период была Скандинавия. Отдельные находки (Березанский камень) связывались лишь с поздней эпохой викингов. Однако обнаружение в 1997 г. в Крыму рунического камня, датируемого IV в., в корне меняет не только наши представления о германцах Причерноморья, но и ставит под вопрос всю прежнюю стройную систему генезиса и развития рунической письменности.

Весьма сложный и принципиальный вопрос о мес­те, времени и обстоятельствах появления футарка, ко­нечно, обрел в последние десятилетия ряд новых ва­риантов решения. Однако заметим, что практически ни один из них не является качественно новым: все основные версии — автохтонная, «греческая», «рим­ская», «этрусско-североиталийская» — были сформу­лированы еще до Вебера. Представление о них дает блестящая монография Ричарда Л. Морриса «Руни­ческая и Средиземноморская эпиграфика», вышедшая в Оденсе в 1988 г. Меняются акценты, появляются но­вые источники — по мнению выдающегося рунолога Э. Мольтке, процарапанная на фибуле из Дании, от­носимой ко II - I вв. до н. э., совокупность штрихов может быть рунической надписью, что сразу удревнит начало «археологической» рунологии не менее чем на два с половиной столетия. Однако вопрос о генезисе рун так окончательно и не решен — как и во времена Э. Вебера.

Словом, предлагаемая читателю книга обладает, среди прочих, неизбежно требуемым достоинством, наличие которого определяет ценность литературы по­добного рода — она является не фактом историогра­фического прошлого, но действенным инструментом познания, позволяющим начинающему исследовате­лю окунуться в мир подлинно научного знания о ру­нах. В условиях очевидного дефицита подобных книг на отечественном рынке и неизбежного заполнения вакуума низкопробными поделками на тему «магии рун» не вызывает сомнения, что данное издание вне­сет свой вклад в борьбу за обретение истины.

Поскольку книга, как отмечалось выше, является одновременно и «фотографией эпохи», мы не считаем возможным изменять тональность, стилистику и со­держание тех пассажей, которые относятся к совре­менным автору реалиям жизни Германии. Их наличие в тексте неотделимо от сложной и многогранной ис­тории жизни замечательного наследия германских на­родов — рунической письменности.




Данные

Размер 869.77 KB
Скачиваний 1677
Язык
Создан 2012-12-29 00:16:51
Создал Igrok

Скачать

У вас недостаточно прав для добавления комментариев.
Возможно, вам необходимо зарегистрироваться на сайте.